150 дет со дня рождения

Червень 13, 2018

150 дет со дня рождения Максима Горького

28 марта 2018 года исполнилось 150 лет со дня рождения Алексея Максимовича Пешкова, известного всему миру как Максим Горький.

Максим Горький Что мы знаем о нем?

Из всех русских писателей Горький познал наибольшую прижизненную славу. Пушкин, Толстой, Достоевский были, безусловно, кумирами современников но в их честь не называли города, их книги не печатались многотысячными, а то и миллионными тиражами. Почти с самого начала и до конца литературной карьеры Горький был самым читаемым, прославленным и нередко проклинаемым писателем в русской литературе; подражали не только стилю его прозы, но и стилю одежды

Каждое новое его сочинение немедленно переводилось на все европейские языки, пьеса На дне, разрешенная в России к представлению в единственном театре (МХТ), в Берлине шла одновременно в трех. Италия считала честью принять Горького и воспринимала его как главную достопримечательность острова Капри даром что на острове неплохо обстояло с достопримечательностями: тут тебе и Лазурный грот, и сады Тиберия.

Ко времени первой моей встречи с ним слава его шла уже по всей России. Потом она только продолжала расти. Русская интеллигенция сходила от него с ума Каждое новое произведение Горького тотчас делалось всероссийским событием. И он всё менялся и менялся и в образе жизни, и в обращении с людьми (И. Бунин).

Для большинства современных читателей Максим Горький знаковая фигура советского времени. С концом советской эпохи авторитет его заметно пошатнулся: начались разоблачения, предпринимались попытки сбросить Горького с корабля современности, но сделать это оказалось невозможно, тем более что параллельно заметному падению интереса к писателю в России внимание к нему на Западе только возрастало. Чем объяснить непотопляемость Горького?

Его слава не была насильственно введена советским официозом, она пришла к нему мгновенно, с первых шагов на литературном поприще. Уже за первое десятилетие его писательской деятельности количество публикаций, посвященных Горькому, достигло почти 2 000 так много не писали ни об одном другом русском писателе. Его талант признавали все: Толстой и Чехов, Бунин и Леонид Андреев, Мережковский и Блок.

Поражает прежде всего масштаб его личности. Окрылённость была свойством самой натуры писателя. Называя его океаническим человеком, Б. Пастернак писал, что он крупен своим сердцем. М. Пришвин считал знакомство с Горьким великой наградой.

Неудивительно, что Горький всегда привлекал к себе внимание друзей и недругов, читателей и критиков, а особенно обывателей, распространявших самые фантастические слухи о нём. Не понимая, как можно сделать всё, что сделал Горький, проживший не так уж долго 68 лет, Д. Быков именует его нечеловечески Горьким, А. Ваксберг размышляет: Человек или миф?, а П. Басинский пишет: Вообразите себе, что Горький был не совсем человек. Да, этот поклонник Человека сам был иного происхождения. Представьте, что он посланец иного, более развитого, чем наш, мира, который был командирован на Землю с целью вочеловечивания и изучения людской природы изнутри.

Суровая жизненная школа и постоянная работа ищущей мысли со временем сформировали из полуграмотного босяка подлинного интеллигента, который возглавил Дом учёных, Дом искусств, Дом литераторов, издательство Всемирная литература, а во второй половине 1930-х годов стал организатором всего культурного процесса в СССР.

К. И. Чуковский удивлялся его обширным познаниям: … я убедился, что Горький не только лучше любого из нас знает самые тёмные закоулки русской литературной истории, но и до тонкостей разбирается в течениях, направлениях, веяниях, которые и делают историю литературы историей. Байронизм, натурализм, символизм вообще всевозможные измы были досконально изучены им.

Несмотря на все дела и встречи, прежде всего литература! Жена Бунина В. Муромцева вспоминала: Горький один из редких писателей, который любил литературу больше себя. Литературой он жил, хотя интересовался всеми искусствами и науками .

Цветаева, сравнивая Горького с Буниным и ставя первого выше, писала: Горький эпоха, Бунин конец эпохи. Действительно, Горький это исключительно своевременный писатель, выразивший сокровенные чаяния своей эпохи и её явные противоречия. Эпоха же Горького и прославила.

П. Басинский, автор нескольких книг о писателе, пишет: Горький, простите за тавтологию, писатель горький. Свой псевдоним он придумал в молодости но жизнь-то его действительно оказалась горькая, что бы там ни говорили про его особняки на буржуазном Капри или в советской Москве.

В детстве, отрочестве и юности ему недоставало любви. Простой, теплой человеческой любви… С двух лет полусирота, потом круглый сирота. Мальчик на побегушках в иконописной мастерской. Посудник на пароходе. Помощник пекаря в Казани, таскавший на своих плечах многопудовые мешки с мукой и мешавший тесто в огромных чанах, чтобы утром студенты университета, куда его не приняли, получали свежие булочки, которые он сам же им разносил… Потом помощник присяжного поверенного. Потом странник по Руси. Он путешествовал вместе с потоками мигрирующего русского народа, который двигался на работы и промыслы с севера на юг. Но среди этого народа были и воры, и грабители, и попрошайки. И со всеми он находил общий язык, оставаясь все-таки чужаком. Спутником. Мой спутник называется один из его лучших ранних рассказов.

В конце концов судьба вынесла его в газетчики, а затем и в писатели. Он одновременно общался с реалистами, модернистами, дворянами и мужиками, большевиками, священниками, провокаторами, монархистами, сионистами, академиками, писателями, колхозниками.

При этом сколько после себя оставил этот будто бы странник, попутчик! Прозаик, драматург, публицист и критик, написавший более 80 томов Собрания сочинений, которое до сих пор не издано. Среди его художественных произведений общепризнанные шедевры: автобиографическая трилогия Детство, В людях, Мои университеты, роман Клим Самгин, циклы По Руси, Рассказы 19221924 гг., пьесы На дне и Мещане, литературные портреты А. Чехова, В. Короленко, Л. Андреева, В. Ленина, Л. Толстого и др. Томас Манн считал, что воспоминания о Льве Толстом это вообще лучшее из того, что написал Горький.

Мир художественных образов Горького то красочно романтичный, то безжалостно грубый, но всегда неповторимый и живой. Человек в горьковских произведениях как ребёнок на ладони земли, тёплым сумраком одетый, звёздным небом покрытый. Писатель слышит и мощную симфонию труда, и шелест травинки, примятой человеческим телом.

А. Ремизов писал: Горький по трепетности слова идёт в ряду с Чеховым, который своей тихой горечью не менее нужен для человеческой жизни, как и горьковское гордое сознание человека, без чего дышать нечем. Слово у Горького от всего бунтующего сердца.

В юности авторитетами для Горького были В. Короленко, А. Чехов и Л. Толстой. Но, учась у них, он оставался еретиком и романтиком, который хочет сказать своё слово в литературе.

Горький, и в этом драма его судьбы, всю жизнь отвечал не только за самого себя. Он добровольно взял на себя роль моста из XIX в ХХ век. Только Горький мог вести переписку и по-своему дружить одновременно с Лениным и Розановым. Только он мог встречаться со Львом Толстым и Сталиным и вести с обоими вменяемый разговор. И понимать обоих.

Признавая феномен Горького, А. В. Амфитеатров в своё время так ответил критикам, провозгласившим конец писателя после выхода повести Мать: Что защищать Горького? Он сам себя от кого угодно защитит. О Горьком можно рассуждать, спорить, дискутировать, но Горьких нельзя ни хвалить, ни ругать. Это так же смешно и невозможно, как расхвалить или разругать Чатыр-Даг или Чёрное море.

На переломе эпох, когда рушится привычный мир, трудно определить свой путь, сложно быть первым. Максим Горький был первым. Первым кто отважился написать о том, о чем и говорить было страшно. Первым, кто ввел в литературу темы и героев нового времени.

П. Басинский: Иногда Горького странно читать. Во всех его сочинениях есть что-то правдивое и выдуманное, психологически верное и невероятное. Изображение реальности порой достигает гениальности, как в Климе Самгине. Безусловно это был великий художник из породы фламандских мастеров, и некоторые сцены в его последнем романе (чаепитие Самгиных или Петербург после Кровавого Воскресенья), темнея со временем, приобретают какую-то особенную магическую силу.

2018 год, объявленный ЮНЕСКО годом Горького, только начинается. Споры вокруг имени Горького не утихают. Ему припоминают и позорную ознакомительную поездку на Соловки, и организацию коллективной писательской книги о Беломорканале, и то, что не помог Андрею Платонову, не спас Мандельштама, и то, что деньги на содержание его семьи шли через бюджет НКВД, и многое другое. И в то же время Л. А. Спиридонова (возглавляющая Горьковский отдел в ИМЛИ им. А. М. Горького РАН) пишет в юбилейной статье: Гуманист, спасавший от ареста и смерти даже незнакомых людей, облегчавший наказания в годы Гражданской войны и террора 1930-х годов. В 1919 году Горький возглавил Комиссию по улучшению быта учёных, спас от гибели тысячи учёных, писателей и других деятелей культуры. В 1921 году он в качестве председателя петроградского Комитета помощи голодающим активно занимался организацией его деятельности. После смерти писателя Шаляпин утверждал, что заступничество за арестованных было главным смыслом его жизни в первый период большевизма. Переписка Горького с Г. Ягодой, Р. Ролланом, П. Крючковым, ставшая известной только в самом конце XX века, показывает, что, вернувшись на Родину, писатель в 1930-х годах так же активно спасал жертвы репрессий.

На канале Культура в передаче М. Швыдкого Агора о Горьком говорили режиссеры, писатели, поэты. П. Басинский написал об этой беседе: Вот что я заметил. В этом году в разговорах о Горьком словно сместился центр тяжести с политики на культуру. Начали с политики (Ленин, Сталин, революция, Беломорканал), а говорили все-таки о Горьком писателе и философе. Я думаю, что это правильная тенденция. Не нам Горького судить. На это имели право Солженицын и Д. С. Лихачев… А нам бы его понять….

Попробуем перечислить хотя бы основные стороны многообразной деятельности писателя.

Издатель, главный основатель нескольких издательств в России и за рубежом, вошедших в историю книгопечатания (Знание, издательство И. П. Ладыжникова, Парус, издательство З. Гржебина, Книга, Всемирная литература, Academia).

Инициатор и создатель серий книг (История гражданской войны, История фабрик и заводов, История городов, История молодого человека XIX века и др.), газет, журналов и альманахов. Некоторые из них существуют до сих пор (Литературная газета, Литературная учёба, Библиотека поэта, Жизнь замечательных людей).

Организатор культурного и научного процесса в СССР в 19201930 годах, по инициативе которого был реорганизован Всесоюзный институт экспериментальной медицины, возникли Литературный институт, Институт мировой литературы и другие учреждения, носящие имя Горького. Он был учителем и другом многих советских писателей. Л. Леонов признался: Все мы вышли из широкого горьковского рукава.

Автор около 20 тысяч писем, адресованных политическим и общественным деятелям, писателям и учёным всего мира, рабкорам, селькорам, делегаткам, простым домохозяйкам и детям. Писатель переписывался едва ли не со всеми выдающимися людьми своего времени: Л. Н. Толстым, А. П. Чеховым, В. Г. Короленко, И. Е. Репиным, Ф. И. Шаляпиным, И. А. Буниным, Л. Н. Андреевым, К. С. Станиславским, В. И. Немировичем-Данченко и многими другими. Среди иностранных корреспондентов Горького Б. Шоу, Р. Роллан, А. Франс, Г. Уэллс, К. Гамсун, Г. Гауптман, Б. Брехт, С. Цвейг, А. Барбюс, К. Каутский, М. Хилквит и др.

Перечень его адресатов свидетельствует не только о широте интересов писателя, но и о его огромной эрудиции. С годами Горький превращался из личности в целое учреждение, занимавшееся значительными вопросами культурной жизни России и СССР. Его подпись стоит на деловых бумагах, обращениях, декларациях, документах различных литературно-общественных организаций, редакций.

И в заключение, вспомним произнесённые 50 лет назад слова Л. Леонова из речи, посвящённой столетию Максима Горького: Оглянувшись на наш век с его незатухающим заревом великих битв, эпохальных сожжений и бивачных костров на пути в землю обетованную, они (наши потомки ред.) среди прочих исполинских теней различат и характерную сутуловатую фигуру Максима Горького… Из-под козырька прижатой ко лбу ладони, с той же неповторимой, чуть иронической ободрительной улыбкой он будет испытующе всматриваться вослед им, все вперед и дальше уходящим поколеньям, в которые он так верил трибун, поэт, бунтарь, отец и наставник Человеков на земле.

Обзор подготовлен отделом художественной литературы. 02.04.2018

No Comments

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *