Марийский праздник кугече

Червень 13, 2018

Марийский праздник Кугече (Великий день) был главным праздником весеннего календарного цикла, он отмечался через семь недель после праздника Ӱарня (Масленицы), то есть строго подчинялся лунному календарю. Отмечался он, как праздник весны, как момент наделения земли плодородной силой, хозяйства – благосостоянием, семьи – здоровьем. Кугече сопровождался многочисленными обрядами и поверьями. К празднику начинали готовиться дня за четыре, а то и раньше: мыли все стены дома, потолок, стирали белье, наводили порядок в доме и на дворе, варили пиво.

Во вторник пасхальной недели пелкон кече готовили ритуальные блюда для поминовения умерших в предстоящий четверг. В этот день стряпали пироги. Расстелив скатерть, поставив полное блюдо ритуальных шÿраш когыльо (пироги с крупой) произносили молитвы богам. Просили нескончаемую прибыль в хозяйстве: много хлеба, скота, денег, хорошей теплой погоды для озимых. В Буйском, Шурминском районах Кировской области, в Куженерском районе Марийской Республики над пасхальными пирогами произносили отдельные молитвы Мланде Ава (Матери земли). Ей сулили богатые жертвы во время грядущего моления на Празднике Пашни Ага-пайрем и просили, чтобы озимые росли крепкими, чтобы она ниспослала теплую погоду, теплые ветры. Затем вучыктымо когыльо (посул-пироги Матери земли) в Ага-пайрем сжигались в пламени костра и через огонь возносились богине. В пелкон кече повсеместно ели ритуальные пироги.

Марийская пасхальная неделя Кугече была насыщена различными обрядами, запретами, поверьями. Например, по бытующим среди марийцев Сернурского района верованиям по ночам ведьмы и колдуны превращаются в разных животных. Считалось, что они занимаются порчей, также усиливается злость злых духов, ия. (ПЭ-93, Чемекова, Серн. р-н). В целях ограждения людей, жилищ, посевов, скота от возможного нанесения вреда, совершали ряд магических обрядов. Это верование зафиксировал еще В.М. Васильев: по ночам “колдуны и колдуньи рыщут в виде животных и птиц, обрезывают ножницами края всякой одежды и обуви, оставляемой на дворе” (Васильев, 1927, 105), чтобы наслать порчу. Деревенские жители убирали на ночь вещи и запирали их.

Вечером во вторник скотине давали побольше корму, а в среду по обычаю не работали. Среда называлась колшо кон кече (День золы мертвых) или тошто марий кон кече (День золы старых марийцев). Вплоть до 1950-х гг. в большинстве крестьянских семей соблюдались магические обряды и запреты, направленные на обеспечение благосостояния в хозяйстве, здоровья членов семьи и скота, прибыли и урожая, включая ритуальное очищение. В этот день старались встать до восхода солнца. Бытовало поверье, что от этого “человек становится легким, будет успевать во всех сельскохозяйственных делах”. (ПЭ-90, Янгабышева, Нов. р-н). Все готовились к предстоящему поминовению предков. Материалы показывают, что в конце XIX – в нач. XX в., до обеда не разжигали в доме огонь, не кормили скота. Считалось, что иначе уменьшится приплод скота. В страстную среду окуривали можжевельником членов семьи и приусадебный участок, “… в лесу завязывали верхушку молодой ели и произносили заговор: “Завязываю крылья и ноги хищных лтиц, чтобы не нападали на моих цыплят, гусят…” (Попов, 1985, 77). В.М. Васильев засвидетельствовал, что можжевельником окуривали всех членов семьи, дом, подворья. К этому дню завершали прядение и прятали подальше веретено, чтобы случайно не коснуться его, иначе, во время летних работ могли укусить змеи (Васильев, 1913, 246 – 247). У бирских марийцев бытовали такие поверья: “Если затопить в этот день печь, может быть пожар. Если мести двор, комнату или расчесывать волосы, будет буря. Если доить корову, то могут изветриться и растрескаться у ней соски. Перебирать яйца – значит предвещать град. Шить – значит рисковать получить опухоль руки” (Васильев, 1927, 106 -107).

В Новоторъяльском районе зафиксированы сведения, что во всех домах особое внимание обращали на первого гостя, так как его приход мог повлиять на плодовитость скота и птиц. По предположению Н.С. Попова, это связано “с верой в сверхъестественную связь посетителя с предками” ибо все, что гость говорил, воспринималось как желание “воли предков” (Попов, 1981, 78). Доброжелательные посетители говорили только о прибыли, изобилии и богатстве, а недруги – наоборот, о недостатках (ПЭ-90, Степанова, Нов. р-н). В страстную среду также воспрещалось курить.

Главным в древнем языческом празднике Кугече был обряд поминовения предков. Поминовение усопших происходило в четверг в каждом доме. Проведение марийского обряда поминовения в начале XX в. описал исследователь А. Горбунов. Один из членов семьи отправлялся на кладбище, обходил могилы умерших родственников и приглашал их в гости. Ко времени возвращения посланного в избе накрывали стол, расставляли угощение и перед каждым прибором зажигали самодельные свечи из кудели и воска. Если свеча горела хорошо и ярко, это значило, что покойный остался доволен угощением и приемом родных и радовался, а если плохо – выражал неудовольствие и чувствовал себя обиженным (Горбунов, 1925, 28).

Верили, что души умерших сородичей покровительствуют живых, оказывают влияние на состояние их хозяйства и на семейную жизнь. До 1970-х годов в Параньгинском районе в каждой марийской семье устраивались семейные и общественные поминки как по умершим близким, так и по далеким предкам. Для них готовились ритуальные блюда, также приносились жертвы богам. Хозяева вступали в диалог с пришедшими на праздник душами предков и просили благополучия в жизни, защиты от злых сил (ПЭ-92, Ямаев, Пар. р-н).

Луговые марийцы в Кугече (Великий день) рано утром парились в бане, надевали чистые рубашки, около полудня, когда были готовы ритуалъные кушания (блины, пироги, сырцы, творожники, крашеные яйца),

“собирались из одного рода в один дом, решать кому с кем вместе молиться. Ставят восковую свечу пред святыми иконами и одну свечу на край кадки с пивом… Прежде всего выбирали картов и начинали молиться”. (ПЭ-94, Свечников, Куж. р-н).
Жрецы во время моления вели переговоры с богами, а после давали благословение хозяевам:

“Великий добрый бог Поро кугу юмо, великий бог пасхи Кугече кугу юмо, великий предопределитель судьбы Кугу пÿрышӧ юмо да даст вам прибыль семейства, здоровья, мира, прибыль скота и всякую прибыль да он даст; мать прибыли Перке ава, мать урожая Кинде шочын ава да приведет вам прибыль из-за моря; со всех стран земли да будет в руках ваших прибыль, будьте богаты, будьте имеющими девять сыновей, и семь дочерей, скот ваш умножится, дом ваш да будет богат, строений у вас да будет много, да обрадует вас бог всякою прибылью” (Яковлев, 1887, 31).
Марийцы считали, что человек “крепок своим родством”, и ценили добрые отношения с близкими и дальними родственниками, равно как и с соседями. После моления желали друг другу счастья, добра и веселились до позднего вечера. В качестве ритуального напитка использовалось пиво. Его варили за неделю до начала пасхальной недели, а в среду угощали друг друга. В день Кугече существовал обряд угощения женщин пивом из “ковша деторождения”. Перед угощением произносили благоположение: “Выпьешь пиво из ковша – будешь иметь ребенка”. Особенное внимание уделялось при этом молодушкам (Васильев, 1915, 233; Беке, 1961, 190).

В этот день танцевали парный танец, который супружеским парам запрещалось танцевать вместе. В содержании театрализованного танца отчетливо прослеживается культ плодородия и деторождения. Жизнеутверждающее начало преобладало также в молитвах жрецов. Они просили у Поро кугу юмо (Великого доброго бога), Кугече юмо (Бога великого дня), Кугу пӱрышӧ (Бога судьбы) здоровья, мира, увеличения скота и хлеба. Жрецы желали домохозяевам родить девять сыновей и семь дочерей. Парные танцы мужчин и женщин представляли собой театрализованную форму культа деторождения (Яковлев, 1887, 22-25; Акцорин, 1976, 30).

К пасхальной неделе парни устанавливали качели. У качелей устраивали молодежные игры, песни и танцы. А.Ф. Риттих во время путешествия в 1870 году отмечал: “На Пасхе, известной у черемис под названием Великий день, совершается моление и угощение из разных блюд и пива… выстраиваются во всех околодках, то на деревьях качели вокруг которых устраивается гулянье и устанавливаются шалаши, для продажи разного угощения”. (Риттих, 1870, 29). Такие места имели свои названия Кугече курык, Когечы нер (Гора Великого дня), так как место для качелей выбирали на оттаявших от снега холмах.

В рамках марийской пасхальной обрядности магические свойства приписывались крашеным яйцам. Яйца были также предметом пасхальных игр, их ставили в один ряд и катали друг на друга по земле: выигравшие забирали все сбитые яйца. Считалось, что тот кто набирал побольше яиц – самый счастливый. Яйцами угощали родственников, соседей, раздаривали нищим. Верили, что пасхальное яйцо способно отвести пожар: “горящее строение обходили с яйцом и иконой, а затем бросали в огонь, после данного обряда пожар затихал” (ПЭ-89, Капитонова, Серн. р-н). О похожем обряде упоминает И. Винокурова: у вепсов пасхальное “яйцо бросали в сторону леса прочь от деревни, чтобы туда ушел огонь” (Винокурова, 1994, 65; Соколова, 1979, 112).

В настоящее время Кугече (Пасха) празднуется по-разному: часть марийцев Медведевского, Оршанского, Козьмодемьянского районов ходит в церковь, придерживается христианских обрядов, а часть марийцев Куженерского, Новоторъяльского, Параньгинского, Сернурского, Мари-Турекского районов соблюдает языческие обряды. Материалы наших экспедиций показывают, что отношение молодежи к обрядам положительное.

В страстную среду магических обрядов уже не придерживаются, но в деревнях все топят баню и моются, приглашая предков. Пожилые люди воспроизводят магические обряды, которые некогда (при жизни тех, кого теперь поминают) бытовали в их семье: “А сейчас уж молодые другие, они ведь этому не верят, но я, что могу, всегда стараюсь соблюдать так, как делали обряды мои родители. Это ведь их праздник, поэтому нужно соблюдать по-ихнему”. (ПЭ-94, Торощина, Нов. р-н).

Обряды, проводимые в Великий четверг Сорта чӱктыш кече, автору удалось зафиксировать в деревне Нур-Сола Куженерского района. В деревне живут чимарий вера (чистые марийцы) и двоеверы (полуязычники-полухристиане). Марийцы-двоеверы в четверг поминки не справляют, а предков поминают в радинча (в радуницу). Чимарий соблюдают традиционные обряды: зажигая свечи, приглашают всех близких родственников, и по очереди в каждом доме поминают умерших предков и символически угощают их ритуальными блюдами. Старший в доме или жрец-карт произносит молитву, благословляет присутствующих. затем начинается праздник. Люди ходят друг к другу в гости и, поминая предков, поют любимые песни умерших родственников (ПЭ-94, См. фото), Так празднуют целый день.

Судя по зафиксированным автором во время полевой экспедиции 1993-1994-х гг. в Новоторъяльском и 1994 г. в Куженерском районе, в день празднования Кугече, поминая предков, зажигают свечи всем умершим близким родственникам и одну общую свечу посвящают безродным. Готовят ритуальные традиционные блюда и читают молитвы.

В настоящее время пасхальные игры в деревнях уже не проводятся. Современная молодежь знает о празднике лишь по опубликованным материалам, или “слышали от родственников, что раньше так проводили”. Наши наблюдения показывают, что молодежь чаще посещает христианские церкви. Во время Пасхи по радио, по телевидению идут передачи, которые пробуждают большой интерес к православной обрядности (ПЭ-93, 94, Нов. и Куж. р-ны).

Хранителями языческого праздника Кугече в марийских деревнях являются пожилые женщины, жрецы-карты. Но в то же время наблюдается празднование христианской Пасхи. В воскресенье уже не поминают предков, а читают молитвы главным божествам. Вместе с языческими богами обращаются и к Кристос юмо (Иисусу Христу) и Микол юмо (Николаю Угоднику). Некоторые женщины идут в церковь, ставят свечи перед распятием и иконами Микол юмо (Николая Чудотворца), Шочын ава (Богородицы), молясь о ниспослании благополучия. Таким образом, полевые материалы автора показывают глубокое взаимопроникновение христианских и языческих элементов в народную традицию. Это проявляется в том, что праздник православной Пасхи и ее обряды воспринимаются значительным количеством марийцев в качестве национальных

Лидия Тойдыбекова

Источник: Марийская языческая вера и этническое самосознание. Joensuu, 1997.

No Comments

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *